Фабрика-кухня: история одной из уцелевших в Днепродзержинске построек конструктивистского стиля

Сегодня наш рассказ о судьбе одной из уцелевших в Днепродзержинске построек конструктивистского стиля. Современной молодежи это здание известно как ресторан «Хан», люди среднего поколения ассоциируют его с рестораном «Днепр», а старожилы города называют «фабрикой-кухней».

Фабрика-кухня была открыта 1 октября 1932 года при директоре ДГЗ Николае Голубенко, успешно функционировала при Авраамии Завенягине и окончила свое существование при Иосифе Манаенкове. Этот период характерен тем, что руководство Каменского начало обращать внимание на социальный аспект жизни города. В начале 1936 года даже рассматривался вопрос строительства летнего цирка в Каменском. Не работой единой жив человек! Одной из первых ласточек в списке учреждений социальной сферы явилась огромная фабрика-кухня, рассчитанная на приготовление нескольких тысяч блюд в день, и находящаяся в ведении отдела рабочего снабжения ДГЗ.

Название «фабрика-кухня» говорит само за себя: это производство пищевых товаров в промышленном объеме, как в готовом виде, так и полуфабрикатов. Приготовленные на пищеблоках продукты развозились по предприятиям и учреждениям города, главным образом – на металлургический завод, а также населению по домам. Кроме того, фабрика-кухня использовалась в качестве столовой, где в условиях дефицита продовольствия можно было по специальным талонным книжкам получить обед.

Здание строилось с размахом. В плане оно имело сложную форму, состоящую из сооружений разной этажности – от двух до четырех. В лабиринте прямоугольных помещений, как бы приставленных друг к другу наподобие гигантского детского конструктора, случайному посетителю грозила участь заблудиться в неразберихе многочисленных переходов, коридоров и лестниц. Крышу по последнему слову архитектурной моды устроили плоской, ее могли использовать в качестве солярия и для проведения различных мероприятий. Внутри насчитывалось шесть залов с прекрасным интерьером, а также кухня и кондитерский цех. Кроме того, во дворе фабрики-кухни имелись собственный конный двор и обширные подвальные помещения. В общем, высший класс.

Днепропетровская газета «Зоря» в номере от 26 октября 1934 года так описывала фабрику-кухню в Каменском:

«Фабрика-кухня блищить вогнем від сотень великих люстр. Два швейцари не встигають зачиняти двері. Потік людей не припиняється. Вестибюль. Коло вішалок – черги. Всім – обов’язково роздягатись. В брудному одязі до фабрики-кухні вхід заборонений. На верхній площадці сходів на гарній підставці – статуя Леніна. Збоку – дві венеціанські вази. У залі номер один на естраді грає симфонічний оркестр. Пальми і квіти. На другому поверсі – червоний куток. Плоский дах, що експлуатується».

Чудесно, не правда ли? Сотни больших люстр, два швейцара, венецианские вазы, пальмы и цветы, красный уголок, симфонический оркестр! И статуя Ленина на красивой подставке. Какой обед без Ленина? Однако финал данной публикации неожиданно прозвучал на минорной ноте:

«Так все було у перші два роки після відкриття, зараз люстри та шибки побито. Швейцарів немає. З шести залів працює лише три. Решта – порожні».

Что же произошло? Архивные источники тех лет скупо и как бы неохотно рассказывают о проблемах фабрики-кухни. Огромные объемы производства пищевых продуктов при острейшем дефиците этих самых продуктов стали непреодолимым соблазном для сотрудников и руководства структурного подразделения ОРС ДГЗ, подталкивали их к злоупотреблениям и воровству. А как прикажете поступить, когда заводское, городское и партийное начальство чуть ли не ежедневно требует к своему столу и на различные мероприятия бесплатные продуктовые наборы? То и дело здесь заводили уголовные дела и снимали с работы секретарей партийной организации ОРС и цеха питания.

Но основной причиной упадка стало не воровство, а незагруженность предприятия. Производственные мощности использовались лишь частично, и фабрика-кухня, превратившись в нерентабельное учреждение, была законсервирована. Директор ДГЗ Иосиф Манаенков не мог смириться с положением, когда металлургическое производство отказалось от государственных дотаций, а фабрика-кухня не может существовать в режиме самоокупаемости, и перспектив к ее использованию – нет. Исходя из этого, он выступил с инициативой передачи здания фабрики-кухни в ведение горсовета.

21 марта 1936 года под председательством секретаря горкома партии Семена Лысова состоялось заседание бюро Днепродзержинского горпарткома и президиума горсовета, на котором было принято постановление «О фабрике-кухне». Основные положения постановления сводились к закреплению и передаче помещений новым владельцам. В частности, было решено:

– зал кафе и диетстоловой передать ресторанному тресту для организации ресторана первого класса и диетстоловой;
– кухню передать «Пищеторгу» для выработки пищевых товаров, как в готовом виде, так и полуфабрикатов для снабжения торговой сети;
– кондитерский цех и свободное нижнее помещение передать «Пищеторгу» для организации кондитерской и цеха по выработке безалкогольных напитков для снабжения всей сети госторговли.

В 1937 году сюда въехала еще и швейная фабрика. Однако практика подношений продолжала существовать. На пленуме Днепродзержинского горкома партии 28 ноября 1937 года в адрес члена бюро горкома и начальника горотдела НКВД М. Папермана, призванного стоять на защите соцзаконности, прозвучало колкое обвинение: «У нас есть материалы, из которых видно, что Паперман занимался поборами. Был случай, когда ему муку доставляли на дом. Что еще можно сказать?» Действительно, что?

Во время немецко-фашистской оккупации в бывшей фабрике-кухне разместился склад военной и рабочей амуниции. Печально известным событием стала акция устрашения жителей Каменского, происшедшая в сквере напротив здания в 1942 году. 19-летний житель Романково Дмитрий Станиславук, попавшийся на воровстве в складе, при большом стечении народа был публично повешен в украденном им спецовочном костюме.

В 1943 году в город пришло долгожданное освобождение. Прошло время, и вновь заработали магазины, диетстоловая и ресторан. Но практика отпуска продуктовых наборов по знакомству и для нужных людей оказалась неистребимой. В 1959 году из далекой Южной Америки в Днепродзержинск переселилась семья аргентинских коммунистов Хомяк, эмигрировавшая из Украины еще в предреволюционные годы. Главу семьи устроили заведующим магазином полуфабрикатов при тресте столовых, а его жену – искусницу по выпечке тортов – кондитером ресторана «Днепр». Аргентинские коммунисты, привезшие с собой произведения классиков марксизма-ленинизма на испанском языке, все более приходили к мнению, что в книгах написано одно, а социалистическая реальность – это совсем другое. Товарищу Хомяку, державшему в Буэнос-Айресе ресторан, было абсолютно дико отпускать полуфабрикаты «по знакомству» и готовить высокопоставленным лицам целые коробки с дефицитной снедью.

В начале восьмидесятых годов за счет частичного освобождения помещений комплекса ресторана «Днепр» здесь были организованы цехи треста столовых управления общественного питания Днепродзержинского горисполкома. Они включали в себя производства по выпуску полуфабрикатов из мяса, птицы и рыбы, а также кондитерский цех производительностью в одну тонну продукции в сутки. Уходила ли продукция «налево», мы не знаем, но свято верим, что не уходила.