«Страшнее всего — получать новости, что ребят уже нет» — командир добробата боевых медиков

Дарья – командир добровольческого батальона боевых медиков. Женщина родилась в россии, но еще в детстве переехала в Украину. До начала полномасштабной войны неоднократно ездила на акции протеста против Путина в Москву.

Суспільному женщина рассказала: в гражданской жизни работала врачом-хирургом, а во время полномасштабного вторжения стала боевым медиком.

Командирка добровольчого батальйону бойових медиків Дарія. Особистий архів

"Я училась на хирурга-травматолога. Мне это помогло немного проще, возможно, это все воспринимать. Для меня не было такого, что я должна была привыкать к крови, собирать органы... Это моя работа. И это не воспринимается так, как воспринимает человек, которого впервые бросили на боевые позиции", — говорит Дария.

По ее словам, она помогала спасать раненых в Донецком, Запорожском и Херсонском направлениях. Отметила, что более опасные — осколочные ранения.

Дарія перевіряє аптечку. Особистий архів

"Осколочные... Когда порубило осколками... Вот это, пожалуй, самое страшное, что я видела. Потому что и в броне бывало такое, что внутренние органы… Ты человека замотал, но в больнице уже не вытащили. И еще у меня был случай: парень не надел каску, а где-то метрах в двухстах миномет. Что-то там упало в поле и ему кроха в висок прилетела. И все, человека нет", - рассказала командир.

Дарія перевіряє аптечку. Особистий архів

Сама боевой медик имеет три контузии. Говорит, что если идет с группой, то такая же боевая единица, как и все остальные. Выполняет те же задачи: стреляет, бегает, падает. Если есть раненые, то переключается на помощь им.

"Так, чтобы мне было страшно на фронте, нет. Пожалуй, самое страшное, когда я приезжаю в город, и самое страшное - получать новости, что ребят уже нет. Такое ощущение, что если бы я была там, может быть по-другому. Хотя мозгом понимаю, что я не могла бы ничего изменить", - сказала боевой медик.